От любви к Санкт-Петербургу до любви к Святой Руси у сибиряка К. К. Константинова расстояния не было, ибо душа его вызрела в бескрайном морозном сибирстве и стремительно принялась плодоносить. В мастерской профессора-наставника А. К. Крылова одна из дверей вела напрямую к полярным сияниям, на фоне которых шатры деревянных храмов обозначали кромку сокровенных пределов, внутри которых потрескивали восковые свечи и пахло сказочной смесью ладана, елея и миро. Так К. К. Константинов вслед за своими учителями и предшественниками стал летописцем уходящей культуры Русского Севера.
Вот уже более тридцати лет он фиксирует исчезающую красоту избяной, храмовой и самобытной Руси, где обрёл и своё личное счастье.
Регулярно бывая в Карелии, художник запечатлел множество храмов, среди которых Согининский погост, где чудом уцелела церковь Святителя Николая Чудотворца 1696 года постройки — единственный дошедший до нас образец шатрового храма прионежской школы.
К. К. Константинов бескомпромиссен в стремлении запечатлеть всё подлинное и краеугольное, поэтому он несколько лет подряд колесил по Русскому Северу, пока не увидел самую древнюю из русских церквей, сохранившихся на родном месте — Георгиевскую церковь в Юксовском погосте. Сердце ликовало от увиденной красоты. Преподобный Афанасий Сяндемский, келейник и ученик святого Александра Свирского, освятил престол этой церкви в далёком 1493 году, ещё при жизни учителя. С тех пор Константин Константинович постоянно стремится приобщиться к этой святыне Русского Севера и ежегодно её пишет.
Находясь у стен Свято-Успенского Кирилло-Белозерского монастыря, художник глубоко прочувствовал испытания, надвигающиеся на нашу Родину. Пристально вглядываясь в каменное лицо древних твердынь, он отразил веру в нерушимую духовную силу русского народа, рядом с которым выросли и окрепли все народы единой России, вместе бьющиеся со злом, идущим с Запада.
Побывав на Русском Севере, он полюбил писать на открытых всем ветрам колокольнях. К. К. Константинов не боится работать на высоте в любую погоду. Душа поёт при виде этих величественных молений художника.
Как правило, на Русском Севере колокольня — самое высокое здание во всей округе. Подняться сюда художнику с его амуницией непросто — лестница узкая и крутая, но К. К. Константинову не привыкать. Хитросплетения всех архитектурных объёмов, главок, крестов, переходов как на ладони. Теперь мы любуемся его картинами и этюдами, созданными на высоте, и радуемся!
Многое, если не всё, в его жизни определила встреча с Русской традицией, Русской идеей. Когда его спросили: есть ли среди наших современников выдающиеся художники, которых можно поставить в один ряд с теми, кто творил более ста лет назад, он ответил: несомненно. И добавил: «Мои любимые художники — М. В. Нестеров, В. И. Суриков, М. А. Врубель, Н. К. Рерих, Г. М. Коржев, А. К. Крылов, А. А. Пластов, А. А. Чугунов, Х. В. Савкуев, И. В. Петров, Н. Д. Блохин, Н. В. Нужный. Когда впервые увидел картину А. А. Пластова “Фашист пролетел” (1944), я заплакал».
Художник пишет Русское культурное сокровище со знанием всех исторических вех. И пишет не поверхностно, а с высоты уважения к прошлому. Его вдумчивое вглядывание в дошедший до нас лик русской старины исключает какую-либо торопливую конъюнктурность. Его кисть запечатлевает красоту на века. «Лично и пожизненно» — так звучит девиз рода К. К. Константинова, запечатлённый на утверждённом Императорской герольдией гербе. И он верно следует ему на своём жизненном пути. Он неустанно, во всей полноте своего постоянного сердца запечатлевает Крестный ход в Будущее нашей великой Державы Православия.
Своей художнической работой К. К. Константинов открыл свой путь к восхождению. Своей звонкой колокольной палитрой художник призывает следовать за ним без страха и трепета.
Владимир Леонидович Мельников,
кандидат культурологии,
генеральный директор
АНО «Центр культурных и научных проектов "АРС"» (Санкт-Петербург)